Ответственность за правонарушения, связанные с банкротством индивидуального предпринимателя

———————————

См.: Витрянский В.В. Новое законодательство о несостоятельности (банкротстве) // Хозяйство и право. 1998. N 3.

Понятие «крупный ущерб» и в данном случае является оценочным. К перечню тяжких последствий материального и иного характера как признаков преднамеренного банкротства авторитетные исследователи норм об экономических преступлениях относят значительные убытки либо крах организаций — кредиторов умышленно обанкротившегося лица, неуплату налогов, нарушение трудовых прав работников обанкротившейся фирмы (потеря ими работы, невыплата зарплаты и т.п.), прекращение выпуска необходимой для региона продукции и др. Некоторые исследователи, в частности названные выше, относят к тяжким последствиям преднамеренного банкротства даже психическое заболевание либо самоубийство кредитора.

Третьим составом преступления, связанным с несостоятельностью, является фиктивное банкротство (ст. 197 УК РФ). Отличие данного преступления от обсуждавшихся нами ранее неправомерных действий при банкротстве (ст. 195 УК РФ) и преднамеренного банкротства (ст. 196 УК РФ) заключается в том, что по ст. 197 УК РФ к ответственности привлекают в ситуации, когда «материальных» признаков несостоятельности нет. О них лишь ложно заявляется.

Уголовный кодекс понимает под фиктивным банкротством заведомо ложное объявление руководителем или собственником коммерческой организации, а равно индивидуальным предпринимателем о своей несостоятельности в целях введения в заблуждение кредиторов для получения отсрочки или рассрочки причитающихся кредиторам платежей или скидки с долгов, а равно для неуплаты долгов, если это деяние причинило крупный ущерб. Максимальное наказание за такие действия — 6 лет лишения свободы и штраф до 100 МРОТ или в размере дохода осужденного за один месяц либо без такового.

Обязательные условия для признания банкротства фиктивным:

объявление должника банкротом обеспечено действиями субъекта и осуществлено в порядке, установленном законом, но на основе заведомо ложной информации;

наличие реальной возможности у должника удовлетворить требования кредиторов.